История НЛП от Андрея Плигина

Автор: , 23 Дек 2011

48a246fe2475632abc9623f48f0805e1 История НЛП от Андрея ПлигинаИстория событий, благодаря которым появилось на свет нейро-лингвистическое программирование, возвращает нас в 1972 год, примерно за пять лет до того, как появилось собственно название «НЛП». Как известно, «Меккой» НЛП был небольшой тихоокеанский городок Санта-Круз. Это живописное место в Калифорнии примечательно своим удивительно приятным климатом, прекрасной горной местностью, красивыми деревьями и растительностью, однако оно получило известность не только благодаря своим природным красотам. Это местечко также славилось знаменитым Санта-Крузским университетом, в котором в то время собрались люди, можно сказать, передовых взглядов на развитие науки и на ее использование. На улицах Санта-Круза веяло свободой, и там легко можно было встретить американских хиппи, бродивших в вызывающей одежде и с длинными волосами. Для нашего повествования полезно отметить, что в те годы на одной из таких улиц находился дом Грегори Бэйтсона — одного из выдающихся философов ХХ столетия, чьи научные интересы были чрезвычайно широки: его увлекали антропология, биология, кибернетика, коммуникация, психология и психотерапия. Бэйтсон оказал особое влияние на развитие методологии НЛП. Еще одним штрихом к картине того времени будет наше замечание о том, что в этот период в США были особенно популярны теория систем и кибернетика, а развитие компьютерной техники стало захватывать все большее число умов. Компьютерная парадигма, пришедшая из анализа функционирования живых организмов и человеческой психики, развившись и преобразившись, стала снова возвращаться в качестве метафоры к своим прародителям для описания и понимания феноменов восприятия, памяти и даже поведения людей.

9f5bbb6f2fe303b1806d9d8645c4d89e История НЛП от Андрея ПлигинаКонечно, слегка обрисованный нами контекст не имел бы никакого смысла, если бы не главные действующие лица, создатели НЛП — Джон Гриндер и Ричард Бендлер. Чуть ранее, незадолго до описываемого нами периода, Джон Гриндер, работая в колледже в Сан-Франциско, особо заинтересовался теоретическими разработками американского лингвиста Ноама Хомского, изучавшего различные аспекты лингвистики и, в частности, синтаксис. Джон к тому времени уже получил докторскую степень и был соавтором книги, посвященной проблемам лингвистики, под названием «On Deletion». В это время он принял решение переехать в Санта-Круз для получения профессорского звания в Санта-Крузском университете.

Несколько слов о Джоне. Он служил в американской армии и участвовал в секретных действиях, будучи военным переводчиком. Владел несколькими иностранными языками: итальянским, немецким, языком жителей Самоа. Однажды, в ходе одной из военных операций, попал в африканскую деревню, где удивительно быстро изучил язык Суахили. Джон начал с изучения поведенческого языка и завершил овладением языком вербальным. По сути он занимался тем, что впоследствии в НЛП назовут моделированием. Для нашего рассказа также важно отметить, что Джон в университете Рокфеллера в Нью-Йорке достаточно много общался с Джоном Миллером — одним из создателей модели Т.О.Т.Е. и автором знаменитой работы «Магия числа 7±2».

Ричард Бендлер в 1972 году был студентом Санта-Крузского университета. Он вырос в Сан-Хосе, в Калифорнии. Как пишет Терри в своей книге «Первые дни. НЛП», у него было трудное детство, как и у многих оборванцев, снующих в окрестностях обычного американского квартала. Он рос в бедности и очень рано начал подрабатывать, используя свои музыкальные способности и накопив таким образом деньги на обучение. После окончания средней школы Ричард поступил в колледж в Лос-Алтос Хиллс. Спустя два года он перевелся в Санта-Крузский университет, где главным образом увлекался математикой и кибернетикой и в дальнейшем заинтересовался поведенческими науками.

В те годы начался бурный расцвет практической психологии и психотерапии «новой волны». Ричард не был особенно удовлетворен уровнем подготовки студентов в этой области психологии, именно поэтому он обратил внимание на гештальт-метод, служащий для получения быстрых и ясных результатов, приводящих к самоосознанию. Увлекшись разработками Фрица Перлза, Ричард проводил много времени, делая обзоры его работ по гештальт-терапии. Его также интересовали и другие области современной психотерапии и семейной терапии, а также рольфинг — глубокий массаж, влияющий на изменение соединительных тканей органов. Редактирование конспектов по гештальт-терапии привело Ричарда к написанию своей первой книги под названием «Гештальт-метод глазами свидетеля психотерапии». Недовольство преподаванием психологии в университете побудило его организовать свой собственный практический курс.

В Санта-Крузском университете была великолепная традиция: каждый четверокурсник мог устроить свой собственный спецкурс для студентов младших курсов под наблюдением одного из преподавателей. Весной 1972 года он уже проводил занятия по гештальт-терапии в Кресг-колледже (Kresge), который слыл пристанищем духовных наук. Студенты-психологи любили приходить в этот колледж, потому что там они получали особый опыт группового взаимодействия. В колледже царила непринужденная обстановка, и занятия пользовались огромной популярностью, особенно у первокурсников.

Ричард Бендлер к этому моменту посещал семинары Джона Гриндера по лингвистике, находя их очень интересными и полезными для практического использования. Считая Джона одним из прогрессивных преподавателей, он попросил его стать супервизором одной из гештальт-групп. Джон Гриндер дал свое согласие, вскоре после чего он по-настоящему заинтересовался тем, что там происходило (а также психотерапией вообще).

Соединение необычайных способностей Джона к изучению языков, его опыта моделирования и научных познаний в лингвистике с подходом, который развивал Ричард, привело к появлению большого разнообразия в инструментах и к особому пониманию того, что такое моделирование и как его можно применить в лингвистике.

По описанию Терри Макклендона и Дэвида Гордона, эти занятия скорее можно было бы назвать «вокруг гештальта», так как участники под руководством Джона и Ричарда упражнялись с техниками гештальт-терапии в игровой форме, позволяя себе менять некоторые шаги и наблюдая при этом за тем, к чему приведут подобные модификации. Занятия проходили в одной большой комнате с покрытым ковром полом, а вдоль стен лежали подушки, для того чтобы студенты могли непринужденно сидеть, и несколько подушек — в центре. Поначалу центральной фигурой был Ричард, в то время как Джон находился в тени.

Ричард обычно приезжал чуть позже остальных. Располагался на подушке, доставал свой любимый нож (с которым почти никогда не расставался), клал его позади себя, а рядом — сигареты и бумажные носовые платки. Затем он спрашивал: «Кто сегодня хотел бы быть первым?» В этот момент начиналось состязание между студентами, которые считали, что им было необходимо заняться со своими затруднительными ситуациями. После того как кто-нибудь выходил и садился в центре, начиналась демонстрация техники, которая называлась «Shuttling Psychodrama and confusion» («снующая психодрама и замешательство»). Эта техника помогала студентам осознать все то, что происходило «внутри» и «снаружи» их опыта. Ричард помогал сделать это через «слушание», «видение» и «чувствование» каждого момента времени. В дальнейшем эта техника получила название «Открытый стул». Доброволец, находясь в центре комнаты, представлял воображаемого человека и начинал с ним диалог, касающийся какого-либо незаконченного дела или конфликта. Это продолжалось до тех пор, пока человек не решал свою проблему или не заходил в тупик со своим «собеседником». Безвыходное положение часто помогало осознать то новое, чего еще он не знал или не делал. Иногда в тупиковой ситуации прибегали к помощи других участников группы, распределяя их роли в соответствии с тем конфликтом, который был у человека, сидящего в центре. Эту процедуру они называли «психодрамой», и она была самой забавной для участников семинара, так как приносила замечательные плоды, способствующие личностному росту. Часто Ричард направлял студентов во «внутренний поиск» — в их личностную историю, после чего они могли вернуться назад, в свой самый ранний опыт, который требовал разрешения. Ричард помогал участникам группы проводить диалог с частями их собственного «я» или с воображаемыми членами их семьи, до тех пор пока не происходила интеграция конфликта.

Эта техника была настоящим метафорическим прорывом, помогающим разрешить проблему. Джон Гриндер, проводя супервизию, предложил Ричарду одну любопытную идею: если начать обучать всему, что уже открыл Ричард, то по результатам обучения возможно будет создать хорошее описание модели этого опыта. Придя к мысли о вероятности совместного моделирования, Ричард и Джон выбрали для этой цели тех, кто в то время гениально владел поведенческой коммуникацией. В ходе своей работы они использовали аудиокассеты и видеоматериалы для исследования коммуникационных паттернов. Среди первых людей, выбранных для моделирования, были Фриц Перлз и Вирджиния Сатир (немного позднее — Милтон Эриксон).

Как рассказывает Фрэнк Пьюселик, примерно в это же время на одной из кафедр Санта-Крузского университета собрались многие интересные исследователи и состоялся необычный разговор о моделировании человеческого поведения. Присутствующие решили спустя некоторое время встретиться и представить свои проекты моделирования некоторого успешного опыта. В результате это, как гласит история, смогли сделать только Джон и Ричард.

Одной из первых тем, в дальнейшем ставших в ряду основных в НЛП, была идея «частей», появившаяся в ходе проведения ролевых игр. Особенно это касается полярных ролей, которые в модели Фрица Перлза назывались «собака сверху» и «собака снизу». Как указывал Перлз, в этой модели находит свое отражение феномен раздвоения человеческой личности. «Собака сверху» — это справедливость и совесть. Это то, что вы должны и чего не должны делать. «Собака сверху» читает лекции, побуждает и угрожает «собаке снизу», приводя ее к «хорошему» поведению. «Собака снизу» приспосабливается и успокаивает: «Конечно, я обещаю» или «Я согласен, если только я мог бы…» Особым образом эта идея была осмыслена после встречи с Вирджинией Сатир. Она была в то время социальным работником и имела большие успехи в области семейного консультирования и семейной терапии. Сейчас ее считают одним из классиков семейного консультирования. По рассказам Джудит Делозье, Ричард познакомился с Вирджинией на коктейльной вечеринке в доме Боба Спитцера. Боб был юристом и психиатром, имел докторскую степень (PhD) и был владельцем издательской компании «Science and Behavior book». В его доме собирались многие знаменитости в области психиатрии, психотерапии и практической психологии.

Примерно около двух лет Ричард и Джон изучали различные коммуникативные техники Вирджинии. На определенном этапе Ричард фактически начал преподавать в Штатах кое-что из того, что было самым интересным в работе Вирджинии, продолжая посещать ее семинары (он изучал, как она работала). По рассказам Дэвида Гордона, самым незабываемым моделированием подходов Вирджинии Сатир являлись «вечеринки частей», которые устраивали Джон и Ричард. Они проводились следующим образом. Назначался руководитель вечера, осуществляющий супервизию, а также «главный герой» — тот, кто был заинтересован в терапии. Главный герой садился перед группой и затем выбирал 10 «действующих лиц», каждому из которых давалась своя инструкция. Распределялись роли знаменитых актеров, бизнесменов, политиков, исторических личностей — кого угодно, и каждая из них могла быть агрессивной, успешной, понимающей, чувствительной, сексуальной и т. п. После того как 10 человек были выбраны, они входили в роль. Затем они удалялись с супервизором в отдельную комнату, в которой получали инструкции по взаимодействию на вечеринке. Все 10 героев должны были разговаривать и играть свою роль на протяжении всего вечера. Как только они начинали это делать, между ними возникал конфликт. Тогда руководитель просил всех остановиться и застыть в тех позах, в которых они пребывали. После чего он заострял внимание участников на этой ситуации с целью выявления конфликтов, возникших во внутреннем мире главного героя, в то время как сам он начинал приходить к их осознанию.

Подобных вечеринок было проведено очень много; они затем трансформировались и переросли в то, что в течение некоторого времени называли «семейной реконструкцией», позволяющей человеку посмотреть на свое детство и взаимоотношения с родителями новыми глазами.

260c083151ff2017393742c9e7d9fe21 История НЛП от Андрея ПлигинаТаким образом, группы, которые вели Ричард и Джон в это время, немного работали с гештальтом, частично с тем, что делала Вирджиния Сатир, и с тем, что Ричард и Джон достраивали и сочиняли сами. Они по-прежнему много экспериментировали. Среди первых участников групп были Фрэнк Пьюселик, Лесли Кэмерон, Дэвид Гордон, Джудит Делозье и Роберт Дилтс. Мы называем здесь тех, чьи имена стали теперь достаточно известными в мире НЛП, но важно также отметить, что круг первых участников насчитывал примерно 15–20 человек. Позднее семинары стали проходить не только в университете, но и у различных участников на дому. Много первых семинаров проводилось в доме Джудит Делозье.

Следующим фокусом пристального внимания участников этих групп стали речевые структуры, и с этого момента началась эра метамодели. Джон Гриндер, будучи лингвистом, подготовил основу для ее создания еще задолго до совместной работы с Ричардом, однако конкретные паттерны метамодели были осмыслены ими в процессе работы над материалами Ф. Перлза. Свои разработки они начали опробовать в группе, уточняя и слегка видоизменяя их.

Поначалу лингвистические паттерны, которые они исследовали, находились в контексте гештальт-терапии. Затем Джон начал преподавать по одному паттерну метамодели в неделю, пытаясь адаптировать их для применения в терапии, бизнесе и образовании. В этот период Ричард больше заботился о техниках, а Джон — о грамматике языка и трансформации. Занятия проходили в парах: один человек излагал свою проблему, а другой — пытался помочь ему в ее решении, используя метамодель, или занимался сбором информации о проблеме. Участники на практике постигали связь поверхностной структуры опыта с глубинной и учились более тщательно различать «карту» и «территорию». В результате студенты освоили техники, которые позволяли получать более полную лингвистическую репрезентацию индивидуальной модели мира человека. Так был создан особый инструмент НЛП — техника по сбору информации об актуальном состоянии человека. Несколько позже данному разделу НЛП была посвящена книга «Структура магии», первый том которой был написан в черновом варианте еще в 1973 году, также второй том «Структуры магии», а затем «Паттерны гипноза» в двух частях.

Можно сказать, что с момента возникновения метамодели «группы вокруг гештальта» закончились и началось собственно НЛП, поскольку метамодель стала первым самостоятельным разделом, не использовавшимся напрямую в каком-либо другом подходе.

Затем Джон и Ричард начали экспериментировать с предикатами, двигаясь немного впереди группы; в метамодели начали прорастать корни рефрейминга. В ходе свободного экспериментирования и исследований развивались идеи репрезентативных систем. Было проведено множество экспериментов по исследованию физиологии функционирования зрительной, слуховой, тактильной, висцеральной, олфакторной и густаторной систем.

Следующей после метамодели была открыта и разработана модель ключей глазного доступа. Джудит Делозье рассказала, что схема движения глазных яблок была найдена следующим образом. На одном из занятий проходила очередная сессия с клиентом (ее проводили Ричард и Джон). Неожиданно один из участников заметил, что другой член группы, когда взгляд его обращен вверх, использует в своей речи в основном слова и выражения, вызывающие зрительные образы, когда смотрит вниз и вправо, чувственные, а если взгляд его направлен вниз и влево, то он как бы задает самому себе некоторый вопрос.

Сейчас этот момент мало кто точно помнит, но говорят, что когда эту идею высказали всем участникам группы на подведении итогов, первоначально в нее мало кто поверил, включая даже Ричарда с Джоном. Однако главным их достоинством как исследователей было то, что они исходили из опыта и привыкли все проверять на практике. После достаточного экспериментирования появилась схема глазодвигательных реакций, которая сейчас входит в каждый курс «НЛП-Практик». К концу этого периода уже были окончательно сформированы первые темы современного НЛП: работа с частями, метапозиция, выявление позитивного намерения, репрезентативные системы, субмодальности, физиологические ключи, метамодель.

Следующей вехой в становлении Нейро-Лингвистического Программирования можно по праву считать встречу основателей НЛП Джона и Ричарда с Милтоном Эриксоном. Милтон Эриксон и Вирджиния Сатир к этому времени имели опыт совместной работы, а также при участии Грегори Бэйтсона они занимались созданием концепции работы с шизофренией. Представить их Эриксону предложил Грегори Бэйтсон, что было воспринято с радостью и большим интересом. Они неоднократно ездили в Феникс (Аризона), где жил Милтон, проводя у него по несколько часов за беседами и конспектированием его сессии.

Несколько слов о Милтоне Эриксоне. Будучи наполовину глухим, дальтоником, пережив два приступа полиомиелита, он заново научился ходить и делать многие вещи, когда все казалось безнадежным. Получив классическое образование в области клинического гипноза, он начал создавать свою собственную школу недирективного, косвенного гипноза в противовес классическим установкам, считая, что трансу подвержены все. Он любил говорить, что не существует негипнабельных клиентов, а есть недостаточность понимания и отсутствие необходимых инструментов для создания транса. Эриксон научился виртуозно создавать транс и использовать его в своих сессиях, помогая людям и исцеляя зачастую «неизлечимых» больных. С целью понимания работы Милтона Джон и Ричард брали с собой диктофон; при этом Ричард даже настраивал себя специально, чтобы не входить в состояние транса, так как боялся пропустить самое важное. Изучая терапевтические работы Милтона Эриксона, создатели НЛП достаточно много времени провели с видео- и аудиоматериалами. Моделирование осложнялось тем, что Милтон никогда не давал прямых ответов на заданные вопросы относительно того, КАК он что-либо делает. В целом они провели около четырех лет, обучаясь и моделируя Милтона Эриксона.

Моделирование тех лет касалось больше физиологии и поведения, способностей и стратегий и почти не затрагивало ценностей, убеждений, личностного своеобразия и миссии человека. Это, кстати, могло стать причиной того, что Грегори Бэйтсон, поначалу влюбленный в НЛП, после моделирования Милтона Эриксона критиковал его как простое «извлечение инструментов». В моделировании того времени сначала происходил сбор информации, а затем практика в применении выявленных инструментов до тех пор, пока не достигались хорошие результаты. После этого те, кто моделировал, обучали других тому, чему научились сами. Затем размышляли: что в модели является главным, а что несущественным, определяя, что необходимо добавить. По сути это было использованием модели Т.О.Т.Е., но в то время об этом не говорили.

Продвигаясь в моделировании Милтона Эриксона, в «алфавит» НЛП добавили еще «несколько букв»: паттерны прерывания, раппорт, прямое и перекрестное отзеркаливание, использование дыхания и голоса. Кроме того, появилось новое восприятие традиционных моделей изменения поведения. Благодаря интересу Ричарда и Джона к гипнозу возникли многие техники НЛП, несколько иначе была осмыслена работа с частями и появился рефрейминг.

Джон и Ричард начали проведение своих обучающих сессий с терапевтического изменения и моделирования применения гипноза. Примерно через 6 месяцев после того, как собралась группа метамодели, была создана новая, которая продолжила работу с уже открытыми элементами НЛП, уделяя также особое внимание языку гипноза и гипнотическим техникам. Прежде всего, это касается экспериментов с феноменом глубокого транса, позитивными и негативными галлюцинациями, искажением времени, амнезией и идентификацией в состоянии глубокого транса. Члены группы занимались одновременно разными вещами, поэтому на подобных сессиях можно было видеть несколько «представлений», происходящих параллельно. В этот же период они начали заниматься конструированием терапевтических метафор.

Ричард и Джон исходили из убеждения, что моделирование является хорошим способом обучения новым навыкам в определенной области, однако прямая идентификация с теми людьми, которые моделируются, еще более эффективна. Было проведено несколько экспериментов по идентификации с такими людьми, как Вирджиния Сатир, Фриц Перлз, Милтон Эриксон. Чтобы ассоциироваться с ними в первом лице и быть способными к обобщению коммуникативных паттернов, делавших их столь мощными, использовался транс. Говорят, что особенно изменилась Лесли, пройдя через этот опыт. На одной из групповых сессий ее погрузили в глубокий транс для более полной идентификации с Вирджинией Сатир. В течение некоторого времени Лесли ощущала себя Вирджинией, но даже после этого опыта она на некоторое время развила амнезию относительно членов группы. Ее навыки как психотерапевта сильно изменились, и, как отмечают участники этой группы, она стала работать значительно лучше. Это был 1974 год.

Затем были предприняты эксперименты, которые затрагивали то, что позже стало называться «якорением». Участники группы упражнялись с различными внешними стимулами и состояниями. Они делали попытки закреплять определенные переживания человека с помощью какого-либо стимула, а также извлекать их и поддерживать для дальнейшей работы.

В то время фундаментальной основой НЛП была теория о существовании пяти сенсорных репрезентативных систем: аудиальной, кинестетической, олфакторной, визуальной и внутреннего диалога. Вскоре эта схема была изменена на четырехкомпонентную (<ВАК>Ад). Сначала группа практиковалась в якорении противоположностей и использовании визуального, аудиального и кинестетического якоря. Проводились эксперименты с интеграцией якорей, а затем как небольшая самостоятельная техника оформился «коллапс якорей». Участники группы в начале 1974 года использовали эту технику для создания амнезии и разрушения некоторых видов автоматического поведения.

Работа по осознанию речевых структур, которые использовал Милтон Эриксон, была оформлена в модель коммуникации, названную милтон-моделью. Она содержала встроенные вопросы, команды, противоречивые постулаты и т. д. Вместе с невербальным пошаговым планированием и выборочным использованием сенсорных предикатов эта модель явилась сильным инструментом для наведения транса и использования измененных состояний сознания. Ричард и Джон превратили «магию» гипноза в то, чему вполне возможно было обучиться. Отталкиваясь от работ Милтона, Ричард и Джон обнаружили в книгах Кастанеды те приемы (особенно метафоры), которые они затем использовали вместе с лингвистическими паттернами Эриксона для индуцирования измененного состояния сознания и создания феномена глубокого транса. Одной из самых динамичных техник, вышедших из программ гипноза, была техника двойной индукции. Двойная индукция — это транс, наведенный двумя людьми: первый человек говорит что-нибудь второму в одно ухо, используя сложные слова и обороты, а третий говорит ему же в другое ухо, употребляя простейшую, «детскую» лексику и грамматику. Идея заключалась в том, что левое и правое полушария мозга таким образом задействовались по-разному, в результате чего подвергнутый эксперименту испытывал особые ощущения в двух половинах своего тела.

Студенты провели в этих группах также несколько различных экспериментов, касающихся феномена, позже названного «остановка мира». Якорение являлось одним из инструментов, которые, наряду с рефреймингом, использовались для остановки внутреннего диалога с целью достижения состояния необычной реальности. Более детальные эксперименты начались с техник «Коллапс якорей» и 6-шаговый рефрейминг. Их результаты впечатляли: значительно усиливался творческий потенциал, доступ к информации и другие ресурсы.

Особое удовольствие участники группы испытывали от экспериментов с позитивными и негативными галлюцинациями. К первым относился опыт, в котором можно было особенно ярко видеть или хорошо слышать то, чего не было в реальности. Вторые служили для устранения объекта, существующего на самом деле. Для этих процессов использовались трансовые состояния, а затем были созданы техники для воссоздания этого феномена вне транса. Изучая трансовые состояния, участники групп упражнялись с трансдеривационным поиском, который впоследствии был встроен в модель якорения, названную «Изменение личностной истории».

Экспериментирование с техниками глубокого транса приводило к одному и тому же вопросу: что дает возможность людям делать все эти «любопытные» вещи в трансе и почему эта способность отсутствует в нормальном состоянии сознания? Почему люди часто так легко изменяются под гипнозом и не могут этого сделать без его использования? Поиск в этом направлении привел к возникновению упражнений и техник, наделяющих людей способностью к демонстрации феномена глубокого транса и разнообразных трансовых состояний вне гипнотической сессии.

Лингвистические приемы М. Эриксона, В. Сатир и Ф. Перлза, некоторые идеи и метафоры К. Кастанеды, скомбинированные с классическими моделями, были подвергнуты синтезу, как и коллапс якорей, изменение личностной истории и модели рефрейминга. Комбинация этих техник и их исторические корни привели многих к мысли о том, что НЛП — это новая психотерапия. Роберт Дилтс написал статью, которую так и назвал — «НЛП: Новая психотерапия».

Важно отметить, что атмосфера, царившая на занятиях в группах, была игровой, необычной и волнующей. Участники много шутили, забавлялись, дурачились. Иногда Джон и Ричард это провоцировали. Ходит много легенд о том, как они на одном из занятий предложили участникам с помощью транса ассоциироваться с пациентами психиатрической больницы для осознания нарушений «реальности». Они также разыгрывали кого-нибудь на полном серьезе. Фрэнк Пьюселик рассказывал, как на одной из вечеринок они предложили одному из участников закрыть глаза и, находясь в молчании, исследовать внутренние процессы, а сами в этот момент неожиданно измазали его лицо тортом, умирая от смеха. Студенты редко обижались: чаще они принимали правила игры.

В один из таких вечеров Ричард и Джон начали играть в чтение мыслей, после чего возникла одноименная техника. Ричард и Джон в точности рассказывали о членах группы — об их личностной истории, возрасте, партнерах — при отсутствии всякого предварительного знания об этом. Они решили также проделать несколько экспериментов, которые помогли бы выявить структуру этой техники и создать модель для обучения. Человек, взявшийся использовать эту технику, должен был особым образом воспринимать внутренний диалог, звуки, картины и слова другого человека или быть способным видеть визуальные репрезентации того, о чем он думает. Самый простой пример — это круги, квадраты и треугольники: один из участников загадывает простую фигуру, а другой — старается понять, что задумано. Выяснилось, что большинство людей после 20 минут тренинга были способны дать 7 правильных ответов из 10. После этих упражнений появился ряд версий. Например, что изменяется цвет кожи одной из щек того человека, который посылает сообщение, а это в свою очередь может сформировать репрезентацию объекта, о котором он думает. Или о том, что люди с ярко выраженной чувственной системой могут получить информацию через прикосновение к этому человеку, так как информация также может передаваться через температуру тела. Визуалы могли увидеть мысли в виде трехмерных голограмм, а аудиалы читали их посредством своего собственного внутреннего диалога. Упражнения делались более успешными, если тот, кто посылал сообщение, был способен полностью сосредоточиться на одном объекте своей мысли, а его получатель мог «остановить мир». Участники пришли к выводу, что доступ к сознанию другого человека получить трудно, если человек занят своим собственным опытом.

В этот период продолжалась работа с метафорами. В качестве примера была взята одна из метафор Милтона Эриксона. Было проделано много экспериментов по использованию якорения и метафор в трансе; все это привело к пониманию того, что такое субмодальности (впоследствии субмодальности использовались для разработки техники «Взмах»). Вирджиния Сатир время от времени заглядывала на занятия и интересовалась тем, что Джон и Ричард делали в отношении якорения и использования техник гипноза.

Одним из достижений 1976 года была модель рефрейминга частей, созданная для работы с одновременным и последовательным поведением. Также была развита тема синестезии. Особому анализу подверглись такие речевые фразы, как «теплый цвет», «яркий звук» и т. д. Возникла метафора понимания синестезии как мостика, который позволяет нам взять любое содержание и испытать его в нескольких системах восприятия одновременно. Было замечено, что некоторые переживания очень тесно взаимосвязаны в нашем опыте, например: когда мы произносим слово «лимон», чувствуем слюноотделение. Большинство рефлексов имеют в своей основе подобную синестезию.

Говорят, что примерно в этот же период, весной 1976 года, Джон и Ричард уединились на некоторое время в бревенчатом домике, в горах Санта-Круза, где записали свои прозрения и открытия. Распив бутылочку красного вина, они спросили себя: как то, что они придумали, будет называться? Ответом было — «Нейро-Лингвистическое Программирование».

На протяжении всего периода совместного творчества основатели НЛП общались с Грегори Бэйтсоном, обсуждая с ним свои открытия. Особенно Грегори Бэйтсону нравилась метамодель. В процессе общения происходило также и его неявное моделирование. Джудит Делозье считает, что оно еще не завершено и что они вместе с Робертом Дилтсом продолжают этот давно начатый проект. Позже благодаря общению с Грегори Бэйтсоном были разработаны логические уровни и 3-х позиционное описание. Уже в конце 1976 года участники семинаров Ричарда и Джона, занимавшиеся у них 3–4 года, начали проводить свои собственные занятия-мастерские, используя техники, которым они обучились. Примерно в то же время Фрэнк Пьюселик написал свою книгу по НЛП «Магия без тайн». Затем, в 1976 году, Роберт Дилтс и другие начали проводить групповые занятия по НЛП в Санта-Крузе. Коньком Дэвида Гордона была терапевтическая метафора. Его книга, посвященная теме терапевтической метафоры, была написана в то время, когда он получал мастерскую степень в университете. Ричард был супервизором в работе по созданию терапевтических метафор, и Дэвид вскоре представил тезисы, развитые затем в книге, которая была опубликована издательством «Мета Пабликейшн».

Начались семинары Джудит и Лесли. В отличие от Ричарда и Джона, которые привыкли все делать в быстром темпе и с юмором, Лесли развила несколько иной стиль; в своей работе она использовала очень мягкий и заботливый подход Вирджинии Сатир.

Все участники семинаров вышли за рамки исследовательской группы, сплоченной вокруг Джона и Ричарда, и пошли своей дорогой. Начался бурный период проведения семинаров по всему миру.

Гриндер и Бендлер попросили Роберта написать книгу (речь идет о первом томе «НЛП»), которая была опубликована в 1978 году. Вначале предполагалось, что этим будет заниматься Лесли, однако в это время она была очень загружена своей работой в области семейной терапии, и поручение было дано Роберту. Идеи когнитивных стратегий и сенсорных репрезентативных последовательностей были скомбинированы и стали последним дополнением к «мозаике» НЛП того времени. Таким образом, следующими в этой логической цепочке развития модели НЛП стали стратегии.

Ричард и Джон продолжали всячески обогащать НЛП своими разработками. Лесли купила большое здание на Мишон-стрит, где создала «Открытый университет обучения и исследования»: там проводились семинары по НЛП, мастерские и различные программы по эриксоновскому гипнозу. Стив Стивенс конспектировал семинары Ричарда и Джона, и его записи послужили основой для написания книги «Из лягушек в принцы», которая предназначалась прежде всего тем, кто ничего не знал об НЛП или о психотерапии.

В 1978 году состоялся первый сертифицированный курс «НЛП-Практик», который проходил под руководством Джона Гриндера, Ричарда Бендлера, Джудит Делозье, Лесли Кэмерон, Дэвида Гордона, Мэри Бэсс Маерс. На этом курсе в качестве первых практиков обучались Энни Энтус, Стив и Конира Андреасы.

Затем Лесли объединилась с Майклом Лебау, который впоследствии стал ее мужем, и Дэвидом Гордоном. Они основали организацию «НЛП для продвинутого обучения».

Появление сообщества НЛП стало результатом сотрудничества компаний Ричарда («Без границ») и Джона («Ограниченная неограниченность»).

Примерно в 1980 году Ричард и Джон также решили пойти каждый своей дорогой. В этот же период умер Милтон Эриксон.

С этого момента НЛП перестало быть связанным только с деятельностью Джона, Ричарда и первых участников их групп, оно начало формироваться усилиями различных людей так быстро, что за скоростью его развития невозможно уследить. Сейчас мы можем судить о новых разработках скорее по статьям в журналах, книгам и новым семинарам. Последующие периоды развития НЛП богаты событиями: организация сертификационных программ по НЛП (курсы «НЛП-Практик», «НЛП-Мастер», «НЛП-Тренер»), учреждение различных ассоциаций (первая из них была создана примерно в 1982 году).

Затем Джон Гриндер увлекся практической работой в сфере бизнеса, развивая «Новый код НЛП», а Ричард Бендлер создал еще одно направление «DHE» («Design Human Engineering»).

Уже в первые пять лет с момента выхода в свет ранних книг по НЛП было подготовлено много тренеров, которые учредили собственные институты и центры НЛП в различных уголках нашей планеты. Среди наиболее известных из них следует отметить «Comprehensive», возглавляемый Стивом и Конирой Андреас. На основе их многолетней практической работы вышло в свет множество популярных и интересных книг по НЛП.

В дальнейшем начала происходить интеграция НЛП в различные академические и прикладные курсы. Сейчас написано множество книг по игре в теннис, навыкам ораторского искусства, продажам, переговорам, личностному росту, в которых вы даже можете и не встретить самого термина «НЛП», но, читая эти книги, вы будете бесконечно ловить себя на мысли, что представленные в них методы и сам язык описания очень напоминают все то, что вы уже знаете из НЛП.

Благодаря усилиям многих людей развитая в начале 70-х годов модель НЛП значительно преобразовалась. Наряду с первыми темами, вошедшими в НЛП с момента создания этой области знаний, в нее были «уложены» дополнительные «кирпичики», которые имели очень важное значение в деле создания языка описания субъективного опыта. Так, благодаря работам Лесли Кэмерон и многих других разработчиков, появилась тема «Метапрограммы». Затем в НЛП вошли такие разделы, как логические уровни, модели S.O.А.R., S.C.O.R.E., продвинутые паттерны речи («раскрутки»). Росло количество техник, выявленных и смоделированных на основе опыта успешных людей.

Среди современных разработчиков НЛП следует особо отметить Роберта Дилтса, написавшего более сорока книг в области исследования убеждений, динамического обучения, системного мышления, человеческой гениальности, творчества, лидерства и бизнеса. По нашему мнению, он стал не только одним из самых известных исследователей НЛП, но и признанным лидером, вокруг которого сплотились многие известные в НЛП люди, тренеры и исследователи. Созданный им совместно с Т. Эпштейном Университет НЛП в Санта-Крузе сегодня представляет собой самый большой и значительный Центр обучения НЛП, целью которого является системное и фундаментальное обучение в этой области.

Т. Джеймс вместе В. Вудсмолом в рамках НЛП развили самостоятельное направление — «Терапия на линии времени». Усилиями многих исследователей, в частности Брайена Ван Дер Хорста, в НЛП были более подробно разработаны такие сверхважные темы, как микро-, макро- и метастратегии. Майкл Холл начал развивать еще один интересный раздел НЛП — метасостояния. Дэвид Гордон в настоящий момент создает «Библиотеку моделей НЛП» на своем сайте в Интернете. Сейчас снова становится актуальным объединение всего того, что делается на просторах НЛП (подчас никому неизвестными авторами), возвращая наше внимание к тому, с чего НЛП собственно и начиналось, а именно к моделированию опыта успешных и гениальных людей. Частично эту задачу уже решают журналы «NLP World» и «Anchor Point», а в России наш «Вестник НЛП».

В настоящий момент НЛП продолжает успешно развиваться во многих странах мира, вбирая в себя все новые и новые разделы. Энни Энтус развивает такую важную тему НЛП, как «Исследование культур и транскультуральных различий». Многое еще впереди, ведь этому молодому, но уже столь развитому направлению всего чуть более двадцати пяти! Остается лишь пожелать ему удачи в открытии новых тайн человеческого мастерства и совершенства.

Мы воспринимаем НЛП и историю его развития подобно удивительной книге, которую начали писать необыкновенно талантливые и одаренные люди, а продолжить может каждый, кто разделяет ключевые идеи, владеет навыками «письма» и развивает особую наблюдательность к человеческой неповторимости и гениальности.

А. Плигин

Источник: http://www.nlpcenter.ru/

 

Как активизировать глубинный потенциал психики?

reservy1 История НЛП от Андрея Плигина

Скачай бесплатную книгу

"Резервы человеческой психики: знаковая система коммуникации с бессознательным"

Ваше имя:
Ваш email:
 
Понравилась статья? Расскажите друзьям:
twitter mini История НЛП от Андрея Плигинаvk mini История НЛП от Андрея Плигинаfb mini История НЛП от Андрея Плигинаbuzz mini История НЛП от Андрея Плигинаlj mini История НЛП от Андрея Плигинаmoymir mini История НЛП от Андрея Плигина
Присоединяйтесь в социальных сетях:
twitter full История НЛП от Андрея Плигинаlj full История НЛП от Андрея Плигина

Похожие статьи:

  1. НЛП и тараканы, или как управлять собственным мышлением

About the author

Сертифицированный НЛП-Мастер, бизнес-тренер, специалист по телесно-ориентированной психологии и интенсивным интегративным психотехникам.

Комментарии

Ваш отзыв

Обратите внимание: Комментарии модерируются, и это может вызвать задержку их публикации. Отправлять комментарий заново не требуется.


Copy Protected by Chetans WP-Copyprotect.